Самоубийство ученицы Казанской художественной школы получило такую огласку, что на отпевание покойной церковь не могла вместить всех желающих

Похороны Смердовой.

В этот же день (13 марта по старому — 26 марта по новому стилю) в единоверческой церкви Николая Чудотворца происходило отпевание безвременно погибшей В. Смердовой (см. «Давности», выпуск № 429 от 25 марта 1911 года, заметка «В Казани 16-летняя ученица Казанской художественной школы застрелилась на могиле своего деда»). Любознательной публики набралась такая масса, что помещение церкви не могло вместить всех желающих попасть туда.

Дам, одетых в модные большие шляпы, постигло горькое разочарование. Их не допустили в церковь, так как по правилам единоверцев женщины в шапках не могут присутствовать на богослужении в их церкви.

После отпевания громадная толпа народа длинной лентой, на протяжении более версты, двинулась за гробом и провожала почившую до кладбища.

При опускании тела в могилу недалеко от этого места был обнаружен труп неизвестного мужчины, что дало повод досужим языкам тотчас же засудачить о том, что это знакомый покойной Смердовой, из-за которого, будто бы, она и застрелилась, и т. д. и т. д.

«Казанскiй Телеграфъ», № 5377, вторникъ, 15 (28) марта 1911 года