Личные впечатления казанского журналиста от закладки моста

На торжестве закладки моста через р. Волгу.

(Из личных впечатлений).

Итак, то, что вчера еще считалось в Казани «смелою мечтою», сегодня стало фактом свершившимся, бесспорным, непреложным...

Железнодорожный мост через Волгу в непосредственном соседстве с Казанью, связывающий оба противоположные берега великой реки у села Вязовых, сооружаемый на средства общества московско-казанской железной дороги, — того самого общества, которое десяток лет тому назад так жестоко и незаслуженно обидело «красу Востока», — этот мост, говорю я, с 13-го февраля (26 февраля по новому стилю) 1911 года появился на свет Божий, начал свое существование...

Событие, как видите, в полном смысле слова историческое, исключительной важности, а потому и заслуживающее быть отмеченным в летописях края со всею возможною обстоятельностью, до мельчайших подробностей включительно.

С трепетом принимаясь за выполнение столь ответственной задачи, прошу у читателей лишь снисходительного отношения к повествовательной форме от личного местоимения, облегчающей мой труд и уменьшающей степень моей ответственности перед потомством...

* * *

Десять часов утра «по местному времени». День теплый, безветренный, слегка порошит. Улицы — Лядская, Грузинская, Черноозерская, Воскресенская (ныне это улицы Горького, Карла Маркса, Дзержинского, Кремлевская), — благодаря воскресному дню, еще обретаются в сонном виде. Только стражи общественной тишины < ... > сладко позевывают и потягиваются на своих постах.

Приезжаю в городскую управу — условленный сборный пункт г.г. представителей казанского муниципалитета во главе с С. А. Бекетовым и некоторых наиболее достопочтенных гласных городской думы, всего лишь накануне получивших «дополнительно» приглашения на торжество закладки от Управления по сооружению линии Люберцы-Арзамас и Императорского Романовского моста через реку Волгу у Свияжска, — как официально именуют себя г.г. инженеры и представители общества московско-казанской железной дороги, руководящие в настоящее время всеми работами по этому гигантскому сооружению...

Подымаюсь по чугунной лестнице наверх, — кругом ни звука, ни одного человеческого облика навстречу. Только гулкое эхо разносит стук моих шагов по ступеням. Неужели, думаю с ужасом, опоздал, и г.г. городские деятели уже на вокзале, в ожидании обещанного экстренного поезда?..

К счастью, нет. Не я опоздал, а г.г. городские деятели по обыкновению «торопятся медленно».

В городской управе налицо только С. А. Бекетов и г. Тихомирнов. Сидят в кабинете друг против друга, смотрят в разные стороны — должно быть, «в туманную даль веков» — и оба хранят торжественное молчание. Именно торжественное: об этом свидетельствует соответствующее выражение лиц у обоих.

Здороваюсь, С. А. Бекетов как-то загадочно улыбается, удерживает длинную-предлинную пауза и, наконец, молвит мне: «Ну-с, что вы теперь можете сказать о нашей думской выжидательной тактике? Как видите, она не так уже плоха, как это склонны были думать некоторые прочие... Свои плоды, хорошие плоды она теперь дает Казани... Вчера — можете нас поздравить — мы одержали полную, а главное, бескровную победу. У нас происходило совещание с председателем правления общества Московско-Казанской железной дороги Н. К. Фон-Мекком, и он самым категорическим образом заверил нас, что общество пойдет навстречу пожеланиям города. Вокзал в Козьей слободе — отныне даже не призрак. Вокзал будет сооружен на ныне занимаемом им месте. Вариант соединения линиею железной дороги города с пристанскими участками согласно с проектом, разрабатываемом г.г. Ляпуновыми, признал приемлемым. Остаются лишь пока невыясненными некоторые частности на счет южного направления. Но в общем и в самом существенном — повторяю — соглашение достигнуто, и соглашение, заметьте, единодушное. Умолкли протестующие голоса даже двух-трех самых упорных противников соглашения города с обществом Московско-Казанской железной дороги! Сегодняшнее торжество закладки железнодорожного моста у с. Вязовых завершить это соглашение, и отныне мы можем открыто идти рука об руку. Давно жданная, желанная мечта стала, благодарение Богу, действительностью...»

Вижу, и впрямь человек неузнаваем стал, в поэтическом, как бы, экстазе.

«Не будет ли эта тема, — осведомляюсь, — лейтмотивом сегодняшней вашей речи на торжестве закладки?»

«Да, почти... Основная мысль моей речи такова: закладкою железнодорожного моста, осуществлением этой давнишней, взлелеянной и выстраданной Казанью мечты заживляется и исцеляется ее старая рана. Казани воздается то, что принадлежит ей по праву, восстанавливается ее исконное историческое значение, как крупнейшего центра Поволжья, соединяющего восток и запад России неразрывными экономическими нитями, происходит естественная скрепа разных народностей Востока с коренным русским населением при сохранении индивидуальных особенностей этих народностей, каждой в отдельности, и под общим могучим покровом великого русского Государства... < ... > ...Однако, уже десять часов по петербургскому времени... Господ наших гласных мы, очевидно, не дождемся, а экстренный поезд нас ждать тоже не будет... Посему давайте ехать на вокзал!»

Менее, чем в десять минут доехали до вокзала. По пути вытянутые во фронт, с короткими интервалами, полицейские чины. Сразу чувствуется незаурядное торжество...

Даже вокзал — старый казанский вокзал, осужденный волею рока в близком будущем сгинуть, уступить свое место новорожденному, «магистральному», — сегодня кажется не таким уж выцветшим и унылым. Чуть-чуть приоделся праздничка для ради, убран национальными флагами, ожил...

Внутри уже большое стечение почетных гостей. Масса военных мундиров, еще больше инженерных фуражек и форменных пальто чинов разных ведомств. Налицо представители всех губернских учреждений...

На перроне толпа любопытных не может оторвать глаз от экстренного поезда, который стоит «под парами», дожидаясь только прихода московского поезда...

В 28 минут 12-го часа прибывают на вокзал г. командующий войсками казанского военного округа, генерал от инфантерии Сандецкий и г. начальник губернии М. В. Стрижевский.

Духовенство во главе с преосвященным Михаилом, епископом Чебоксарским, первым занимает место в экстренном поезде. За ним г. командующий войсками и г. начальник губернии со своими супругами, генералитет, губернские власти, представители городского и земского управлений...

Еще две-три минуты, на станцию с грохотом влетает московский поезд. И тотчас же плавно и мерно снимается с места наш экстренный.

По точному маршруту в 11 часов по Петербургскому времени мы должны быть на пристани Берег, а оттуда на лошадях — до самого места производства кессонных работ...

На этот раз московско-казанская железная дорога превосходит самое себя в точности и пунктуальности. Минута в минуту выполняем маршрут.

(Продолжение следует).

Друг-Анри

«Казанскiй Телеграфъ», № 5354, вторникъ, 15 (28) февраля 1911 года