На бенефисе режиссера Казанского городского театра по сцене бегал на четвереньках человек в шкуре и летали птицы на проволоке

Театр и Музыка: бенефис г. Тункова.

«Снегурочка» Островского одно из самых очаровательных произведения русской литературы. В ней все полно поэзии, все равно прелестно — и музыка слов и самая идея. Режиссер, взявший подобную пьесу в бенефис, несомненно мог бы дать яркий образчик проникновенности стиля, ибо материал, даваемый автором, в высшей степени благодарен. Однако г. Тунков не сумел или не имел возможности этого сделать. В результате о цельности замысла не приходится и говорить. Большинство костюмов было бесстильно и безвкусно. Единственная декорация, несколько напоминавшая chef-dʾoeuvre’ы Васнецова, была лишь декорация второго акта (хоромы царя Берендея). Лубочно и балаганно поставлен пролог. Особенно курьезны: птицы на проволоке, человек в шкуре, бегающий по сцене на четвереньках, и поистине уморительная «мелодекламация» г. Бакшеева. Из исполнителей выделялись: г-жа Писарева, очень интересная и характерная Купава, прекрасный и в вокальном и в сценическом отношении Лель — г-жа Мышецкая, а также комичные бобыль и бобылиха (г. Колобов и г-жа Яблочкина). Совсем слабо провела роль Весны г-жа Янушева, до крайности бесцветная и скучная Снегурочка — г-жа Англичанова. Хоры не были плохи и во всяком случае служили скорее к украшению спектакля. Традиции были соблюдены и г. Тункова чествовали при открытом занавесе.

Е.

«Казанскiй Телеграфъ», № 5342, воскресенье, 30 января (12 февраля) 1911 года