Выборы в уездном собрании

1-го и 2-го октября (по новому стилю — 14 и 15 октября) в казанском уездном собрании были произведены выборы нового состава управы, гласных губернского собрания, членов советов и комиссий, участковых и почетных мировых судей, попечителей земских школ и т. д. Почти все внимание гласных и публики (30–40 человек) сосредоточилось, конечно, на выборах управы и гласных губернского собрания. Ожидалось, и ожидалось не без основания, что в этих последних выборах интересы представителей городских и уездных избирателей, наконец, резко столкнутся, и мирное сожитие этих элементов прекратится. Безхозяйственность старой управы и хаотическое состояние финансов уездного земства были настолько ярко иллюстрированы в прениях двух последних дней, что эти ожидания к концу собрания сменились полной уверенностью. И, действительно, в противовес кандидатуре К. Л. Новицкого была выдвинута кандидатура бывшего городского инженера К. С. Олешкевича (11 записок). И только «организованное» выступление крестьян обеспечило победу старому составу управы. К. Л. Новицкий получил 25 записок, а при баллотировке, когда г. Олешкевич снял свою кандидатуру, 31 изб. шаров против 7 неизб. Что же касается выборов членов управы, то меньшинство, по-видимому, совершенно не столковалось относительно кандидатов в этих выборах. Было выставлено 16 кандидатов, вследствие чего голоса разбились. И только один К. С. Олешкевич получил 21 записку. Из кандидатов же крестьянско-аграрного блока получили: К. Я. Закроев — 24 записки и И. Т. Серебряков — 23, оба из состава старой управы. Из новых кандидатов 24 записки получил ветеринарный врач арского участка П. К. Леонтьев. Баллотировались лишь три последних кандидата и были избраны: К. Я. Закроев — 29 шарами против 8, Серебряков — 27 против 10 и П. К. Леонтьев — 28 против 9. Последний был избран и заступающим место председателя управы (37 — 2).

Более дружно прошли выборы в гласные губернского собрания. Избранными оказались: А. И. Захарьевский, И. В. Годнев, К. П. Берстель и К. Д. Корсаков. В уездный училищный совет избраны: А. И. Захарьевский (35 — 3) и К. П. Берстель (32 — 5). Получивший большинство записок К. С. Олешкевич от баллотировки отказался. В экономический совет губернского земства избран Р. Г. Шольц (единогласно). Членами педагогических советов средних учебных заведений г. Казани избраны: А. А. Завадский, А. И. Захарьевский, К. П. Берстель, Н. В. Кубашев и от. Сафотеров, причем было постановлено — не закреплять избранных лиц за определенными учебными заведениями, а предоставить им посещать учебные заведения по соглашению с управой. В епархиальный училищный совет избраны: И. В. Годнев и А. И. Захарьевский. В школьную строительную комиссию избраны А. А. Завадский, К. С. Олешкевич, Н. А. Макаров, гл. Бажанов, П. А. Дубровин и М. П. Депрейс. В участковые мировые судьи избраны С. В. Манассеин (29 — 9), И. М. Леонтьев (26 — 13), В. П. Куприянов (33 — 6), К. Н. Зиминский (31 — 8) и П. П. Зарубин (26 — 12); в добавочные: А. Д. Казин (21 — 17) и Н. П. Крупенников (31 — 7). В совет Ольгинского детского приюта избран П. П. Зарубин и в комитет попечительства о народной трезвости — П. Я. Бахтиаров.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

К ознаменованию 50-летия со дня освобождения крестьян

В заседании уездного собрания 2-го октября (по новому стилю — 15 октября) гласный Д. Д. Волков поднял вопрос об ознаменовании 50-летия со лня освобождения крестьян. Н. Л. Новицкий указал, что затронутый г. Волковым вопрос является общегубернским, почему собранию следует обратиться к губернскому собранию с предложением ознаменовать надлежащим образом это великое событие, выработать соответствующую программу и объединить все уездные земства в осуществлении этой программы. А. Ф. Кешнер находил, что помимо губернского земства необходимо и уездному земству чем-либо ознаменовать юбилей крестьянской реформы. Собрание постановило передать поднятый Д. Д. Волковым вопрос в экономический совет уездного земства, а в остальном принять предложение Н. Л. Новицкого.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Затраты на казармы

По 1-е октября (по новому стилю — 14 октября) городскою управой было получено на расчеты с подрядчиками по постройке казарм 535 581 руб. Всю эту сумму управа заняла по краткосрочным векселям, согласно постановления думы. Израсходовано 528 526 рублей, имеется в кассе 7 055 рублей.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Еще о банном вопросе

Вчера Лопухов, домогающийся от думы разрешения открыть в Адмиралтейской слободе торговые бани, подал городскому голове новое заявление. В этом заявлении он просит не только о пересмотре в думе данного вопроса, но и о представлении ему права «временно спускать из своих бань отработанные воды в Казанку без всякой очистки», как это разрешено другим содержателям бань в этой части города. Что касается постановления думы, вменяющего ему в обязанность сделать приспособления для биологической очистки банных вод, то оно состоялось, по его мнению, вследствие недоразумения: городской голова в словесном дополнении своем к докладу управы заявил, будто он, Лопухов, соглашается на биологическую очистку. Дело же в сущности обстояло, — говорит Лопухов, — так: найдя неясное выпадение в докладе управы («условий о спуске банных вод по предварительной биологической очистке ниже Игумновского моста он выполнить не может»), — я 28-го июля (по новому стилю — 10 августа) особым прошением на имя думы пояснил, что «прошу разрешить спуск отработанных вод и Ягодинского моста согласно циркуляра министра внутренних дел за № 222 через три фильтра, а если они окажутся недостаточными, то я обязуюсь улучшить их вплоть до биологической очистки.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Опротестование постановлений думы

Губернатор отказал в утверждении постановления думы, которым была назначена пенсия в размере 300 рублей в год семье фельдшера Торбеева, заразившегося холерой и умершего на службе в городском холерном бараке. Постановление это передано в губернское по городским делам присутствие.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

К упорядочению торговли скотом

Городская санитарно-ветеринарная комиссия признала необходимость установить надзор за скотскими базарами с целью недопущения на эти базары продажи лошадей, коров и других животных, больных инфекционными болезнями. Предполагается установить обязательный предварительный осмотр городскими ветеринарами проводимых на базар животных. Городской думе предлагается издать об этом смысле обязательные постановления.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Вниманию домовладельцев-арендаторов земель, страхующих дома во взаимном обществе страхования

6 октября (по новому стилю — 19 октября) в зале городской думы назначено вторичное общее собрание членов общества с участием домовладельцев-арендаторов земель, для пересмотра вопроса о правах последних. В интересах дела желательно, чтобы собрание это посетило возможно большее количества членов общества арендаторов земель, так как, судя по разосланному правлением докладу, оно, несмотря на министерское разъяснение не желает этих лиц признавать полноправными членами общества.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Пожар

2 октября (по новому стилю — 15 октября) около 4 часов дня в Козьей слободе, в безымянном переулке загорелся дом Журавлева и сгорел до основания. Причина пожара — неисправное содержание печи и дымовой трубы. Дом не застрахован. Убыток 800 рублей.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Кража на Устье

В ночь на 3 октября (по новому стилю — 16 октября) из лабаза «Восточного Общества» украдено 105 штук сурковых шкурок.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Задержанный карманщик

На Московской улице крестьянин Загидуллин вытащил из кармана у Габитова серебряные часы, но при помощи постового был задержан и препровожден в участок.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Кража лисьей шубы

У проживающего на Тихвинской улице Амерханова украдено 3 октября из квартиры дорогая лисья шуба.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Подкидыши

На Б. Красной улице, у дома клыкова найдена подкинутая девочка, около месяца от рождения.

На Вознесенской улице, у дома Латышева найден подкинутый мальчик около недели от рождения, и на той же улице, у дома Николаева найдена девочка около недели от рождения. Все подкидыши отправлены в детский приют.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

За продажу маломерных стерлядей

3 октября (по новому стилю — 16 октября) на Устье задержан и привлечен к ответственности крестьянин Новожилов, привезший продавать маломерных стерлядей, ловля и продажа которых законом запрещена.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.

Ограбление и поджог

2 октября (по новому стилю — 15 октября) днем, на Университетской улице в доме Бренинга произошел пожар. Загорелось в квартире доктова медицины Победимского, в то время, когда хозяева квартиры отсутствовал, а оставалась лишь горничная Победимских Евдокия Морозова. Пожар начался в спальне, в которой стояли комод с бельем и письменный стол. В письменном столе находилось более чем на 1000 рублей золотых и бриллиантовых вещей и 246 рублей денег.

Прибывшими пожарными огонь скоро был потушен, однако комод сгорел до основания, а стол лишь только обгорел.

После прекращения пожара полиция приступила к производству дознания о причине пожара, так как некоторые обстоятельства дали повод к подозрению в умышленном поджоге.

Подозрение пало на горничную Морозову, которая тут же и была арестована, но первоначально свою виновность в поджоге отрицала. Когда же произведенным обыском при ней нашли часть принадлежащих Победимским драгоценностей (на сумму до 500 рублей), то созналась, заявив, что забрав деньги и вещи, и желая скрыть следы преступления, подожгла комод и квартиру.

Морозова арестована и препровождена в губернскую тюрьму.

Убытку от пожара причинено домовладельцу 1000 рублей. Дом застрахован.

Имущество Победимских не застраховано.

Горничная Морозова служила у Победимских всего два месяца.

После отобрания у нее части драгоценностей, на сумму 500 рублей, полиция не могла найти другой части украденного, т. к. Морозова виновность свою в краже остальных вещей и денег упорно отрицала. И только во втором часу ночи часть украденного была найдена спрятанною во дворе.

«Камско-Волжская Речь», № 578-й, вторник, 5 октября 1910 года.