Неделя авиации в Казани
День 16 сентября. Полеты В. С. Кебурова и А. А. Васильева.
Наконец, после двух дней бесплодных ожиданий и разочарований, полеты, к всеобщему удовлетворению, состоялись.
Правда, публики собралось на них уже значительно меньше, чем в первые дни. Боковые трибуны, например, наполовину пустовали. Вне ипподрома уже не видно было столь густой толпы, как прежде.
Сказался, по-видимому, будничный день.
Об этом можно только пожалеть, так как последние полеты оказались удачными во всех отношениях и произвели на собравшихся глубокое впечатление.
* * *
Первым летал В. С. Кебуров на аппарате «Блерио» с мотором Анзани.
Это был первый в Казани полет молодого авиатора, которому вместе с А. А. Васильевым принадлежит инициатива устройства полетов в поволжских городах.
Полет оставил вполне благоприятное впечатление.
Авиатор блеснул хорошей техникой, сказавшейся в точности движения аппарата, в красивых поворотах и очень удачном, не лишенном даже некоторого эффекта спуске.
Продолжался полет 10 мин. 37 сек. За это время авиатор сделал пять довольно широких элипсических кругов, достигнув предельной высоты 240 метров. Публика встретила его дружными, долго не смолкавшими аплодисментами.
* * *
Еще более шумный успех выпал на долю А. А. Васильева.
Завоевавший себе в короткое время столь широкую популярность в Казани авиатор вполне вознаградил публику за разочарования и мытарства двух последних «авиационных» дней.
Однообразное, немного даже утомляющее, движение по элипсису над ипподромом в первый день авиации он на этот раз заменил, действительно, свободным полетом.
Его аппарат («Блерио» с мотором «Гном») бороздил воздух во всех направлениях, временами почти скрываясь с поля зрения. Особенное впечатление на публику произвела относительная высота полета.
А. А. Васильев установил в этот раз рекорд высоты подъема в Казани — в 820 метров, а продолжительности полета — в 22 мин. 9 сек., — рекорд, который сохранится, вероятно, долго, если в полете 17 сентября не будет поставлено нового рекорда.
На четырнадцатой минуте аппарат делает довольно крутой поворот и направляется к городу.
В публике слышатся сочувственные клики:
— На Волгу! До свидания! Кланяйтесь нашим!..
Аппарат удаляется все больше и больше по направлению к крепости, делает поворот на Суконную и летит к дер. Киндерям. Еще перелет в обратном направлении и к трибунам, три элипсических круга над ипподромом, и аппарат почти вертикально опускается на землю вблизи трибуны.
Спуск — менее точный, чем в первый день полета.
* * *
Публика встречает смелого авиатора с безграничным восторгом.
Толпа молодежи устремляется к нему навстречу с бурными приветствиями. С трибуны раздаются шумные аплодисменты.
Около авиатора быстро образуется большой круг из сотен зрителей. В центре — должностные лица.
Из среды последних отделяется вице-президент общества поощрения конно-заводства Ю. С. Геркен.
Он поздравляет от имени общества авиатора с успехом и подносит ему золотой жетон с надписью: «Первому казанскому авиатору А. А. Васильеву от К. О. П. К.»
В. С. Кебурову подносится серебряный портсигар с подобной же подписью.
Публика встречает подношения взрывами аплодисментов.
Медленно толпа рассеивается.
* * *
А. А. Васильев в личной беседе сообщил нам о подробностях своего последнего полета на город.
— Особенных затруднений я по пути не встретил. Только один раз попал в полосу неблагоприятного воздушного течения, но скоро вышел из него. Намеревался пролететь на противоположную сторону города, но не мог вполне ориентироваться, — поэтому, пролетев до половины города и увидев Волгу, повернул обратно — по направлению к дер. Киндери, а оттуда к ипподрому.
— Скорость движения аппарата была свыше 100 верст в час, а высота подъема, думаю,
Лица, близкие к организаторам полетов, передали нам, со слов А. А. Васильева, не лишенные интереса подробности последнего полета казанского авиатора в
Эти подробности остались неизвестными нижегородской печати.
А. А. Васильев прибыл со своим аппаратом в
Но детали устройства мотора «Гном», который был поставлен на его аппарате, были ему почти неизвестны.
Наскоро он ознакомился с мотором, по объяснениям француза-механика, и собрался лететь.
Механик не пускал его, но А. А. Васильев все-таки настоял на своем и — полетел.
Он сам так описывает этот полет.
— С первого же круга я поднялся на довольно значительную высоту, а со второго и третьего настолько высоко, что решил спуститься ниже. Но регулировать спуск мне стоило большого труда — в виду сравнительно незначительного знакомства с новым мотором.
— Я делал круги все шире и шире и поднимался, как мне казалось, все выше и выше. Направился к Волге, долго летал над городом. Темнело. В городе уже сверкали огни. И вот тут я потерял способность ориентироваться, не будучи в состоянии даже приблизительно определить место ипподрома.
— Наконец, мне удалось урегулировать спуск. Я долго кружился, пока, наконец, не заметил ипподрома, казавшегося сверху лишь небольшим пятном. Немалого труда стоило мне опуститься на нем. Но вот, наконец, я чувствую под собой твердую почву и почти обессиленный схожу с аппарата...
Публика встретила его с энтузиазмом.
* * *
Вчерашним полетом закончилась авиационная неделя в Казани.
С материальной стороны, она оставляет желать много лучшего для авиаторов. Наибольший сбор — в первый день — определился в 2 340 рублей; сбор же
Но моральный успех авиаторов — вне всяких сомнений.
Из Казани авиаторы отправятся в Саратов.
Ор.
«Камско-Волжская Речь», №
Обязательные правила о пользовании оружием
Обязательные правила о пользовании оружием в г. Казани и Казанской губернии, изданные казанским губернатором 23 июня (по новому стилю — 6 июля) 1910 года, сроком на 3 месяца с того же 24 июня (по новому стилю — 7 июля), на основании Высочайше увержденной 24 ноября (по новому стилю — 7 декабря) 1905 года мемории совета министров, возобновляются еще на 3 месяца, с
«Камско-Волжская Речь», №
Депутаты
Член Государственной Думы А. Н. Боратынский предполагает остаться в Казани до земского собрания. Другой казанский депутат М. Я. Капустин, лишь кратковременными наездами показывающийся своим избивателям, нынешней осенью в Казань не прибудет.
«Камско-Волжская Речь», №
Самоубийство студента
19 сентября (по новому стилю — 2 октября) в 4 часа дня, из пивной лавки Савкина, по Старо-Горшечной улице в доме Муллина, студент казанского университета Трашпетов доставил в Шамовскую больницу студента того же университета, физико-математического факультета, г. Стукалкина, который с целью самоубийства принял большую дозу сулемы. Через час по доставлению в больницу, Стукалкин, не приходя в сознание, умер. Причина самоубийства не выяснена. Труп отправлен в анатомический театр.
«Камско-Волжская Речь», №
В третьей женской гимназии
В третьей женской гимназии в воскресенье состоялись выборы родительского комитета на
«Камско-Волжская Речь», №